Norma.uz
Газета Норма / 2014 год / № 14 / Деловая среда

«Суд мечты»: ударили по рукам и разошлись

 

В текущем году третейский суд по Навоийской области отмечает свое первое пятилетие. Прошедшие годы сложно записать в актив местных медиаторов. Стартовали они резво. Несмотря на различные организационные сложности, характерные для периода становления, третейский суд в Навои заработал уже в первый год своего существования. А затем наступил провал. Арбитраж «впал в кому» и три года бездействовал. Возродился лишь в прошлом году. Но если навоийскую медиацию оценивать по результатам, то и не скажешь, что приходилось начинать с чистого листа. В 2013 году рассмотрено 54 исковых заявления на 4,1 млрд сумов.

Наша беседа с «реаниматором» третейского судопроизводства в регионе, действующим председателем суда Абдувахидом НОРОВЫМ началась с возвращения к трехлетней вынужденной паузе и выяснения, какие уроки были извлечены из ошибок. 

 

Тогда дело застопорилось в общем-то по вполне банальной причине. На энтузиазме и общественных началах долго не продержишься. Я не осуждаю и понимаю первого председателя третейского суда. Женщина-юрист с большим опытом работы занималась медиацией по совместительству. При этом ей предстояло решать организационные вопросы и запускать дело, в котором ни у кого не было практики. Она проработала полтора года, а потом, как мне кажется, просто не выдержала нагрузки и предпочла сконцентрироваться на делах по основному месту работы.

– Надо понимать, что теперь недостатки учтены, пробелы устранены и вы не «судья-общественник»?

– В третейском суде области сейчас работают пять судей. Двое из них – юристы, остальные – специалисты в сфере финансово-хозяйственной деятельности. В штате (то есть «на зарплате») председатель суда и секретарь. Другие за свой труд получают вознаграждение в форме гонораров.

– Интересно, материальная заинтересованность медиаторов-внештатников достаточна для хорошей активности и вовлеченности их в работу третейского суда?

– Думаю, вопрос закрыт. Жизнедеятельность третейского суда региона обеспечивается за счет отчислений от исковых заявлений. Так, в прошлом году на его развитие было привлечено более 29,7 млн сумов.

– Трехлетняя вынужденная пауза в работе Навоийского третейского суда на медиацию в масштабах республики никак отразиться не могла. Иначе говоря, пока навоийцы «отдыхали», другие работали, и у третейского судопроизводства шел свой эволюционный процесс развития. Ваша прошлогодняя практика, личное общение с коллегами на семинарах и встречах, наверное, позволяют судить об этом тренде. Как и насколько далеко, по вашему мнению, медиация продвинулась в разрешении конфликтов интересов?

– Тут вы умудрились в одну корзину уложить «яйца» разных размеров и предлагаете мне их сертифицировать по единому стандарту (смеется). Хотя факт, что медиация в республике и без навоийцев за прошедшие годы сильно продвинулась, бесспорен. И эта волна нас не обошла.

Но давайте для начала вернемся на стартовые позиции и развеем некоторые штампы. Третейское судопроизводство в стране берет свое начало в 2007 году – после выхода соответствующего Закона*. Оно получило право на жизнь в разгар мирового финансового кризиса, в период активных действий государства по поддержке отечественных товаропроизводителей, сопровождавшихся различными преференциями для хозсубъектов. Появление в этом «потоке» третейского судопроизводства, где коммерческие структуры могли разрешать спорные вопросы при минимуме издержек, вполне отвечало задачам дня.

Я понимаю, что не совсем корректно сравнивать первый год работы третейского суда в области с годом четвертым. Но даже при таком раскладе перемены очевидны. Когда принял дела и изучал «наследство», то обратил внимание, что все споры на первоначальном этапе этой арбитражной структуры касались разрешения конфликтов между хозяйствующими субъектами, где фигурантами дела выступали исключительно представители малого бизнеса.

Не скажу, что это был какой-то «заказ». Просто в тот период активизировалось стимулирование активности малого бизнеса. Перед ним открывались новые сферы деятельности и давались очередные преференции. Появление третейского судопроизводства в этот тренд органически вписалось. Когда медиация начала входить в нашу практику, внимание бизнеса заострялось на выгодах обращения в третейский арбитраж по сравнению с хозяйственным и общегражданским судами. Этих преимуществ всего три, но они весьма привлекательны: возможность сэкономить средства и время на судебных разбирательствах, заключить мировую. Они и сделали представителей малого бизнеса нашими первыми «клиентами».

Но за прошедшее время значительные изменения претерпел и сам третейский суд. Он ныне может рассматривать практически любые коммерческие споры. К нам, например, обращаются граждане, не занимающиеся предпринимательством, но имеющие разногласия по вопросам урегулирования взаимных долговых обязательств. В прошлом году почти 60% всех разбирательств нашего суда пришлось именно на разрешение споров между физическими лицами. Единственное для нас ограничение – мы не рассматриваем конфликты интересов с государственными учреждениями.

– Говоря о преимуществах медиации, вы упомянули о мировых соглашениях. Но ведь такого рода решения имеются и в практике хозяйственного и общегражданского судов…

– Так-то оно так. Но есть детали, присущие лишь медиации. У нас каждое разбирательство начинается с подписания сторонами договора, в котором они дают согласие на рассмотрение спора в третейском суде. А заканчивается оно мировым соглашением, в котором стороны соглашаются с вынесенным вердиктом, подробно прописываются их обязательства по его исполнению. Скажем, суд удовлетворил претензии кредитора и дебитор признал обоснованность требований, но не может сразу погасить всю сумму долга. На суде истец и ответчик согласовывают график расчетов, который также фиксируется в мировом соглашении.

Так, мы рассматривали дело о задолженности строительного ООО перед местным отделением Туронбанка. Заемщик признавал задолженность в 258 млн сумов. Но из-за сложного финансового положения предприятие выбилось из графика погашения кредита и было не в состоянии отвечать по своим денежным обязательствам. Общими усилиями пришли к единому соглашению о предоставлении должнику двухмесячной отсрочки и полном погашении долга к обозначенной дате. Все эти условия были выполнены в срок.

Разумеется, не всегда все складывается гладко. Один индивидуальный предприниматель приобрел у ООО под реализацию продукцию на 12 млн сумов, но вернул за нее лишь 5,4 млн сумов. Потом у него что-то не заладилось, и он перестал выполнять свои договорные обязательства. На суде стороны также договорились об отсрочке и сроке погашения долга. Однако предприниматель не выполнил условие мирового соглашения, и мы вышли в хозсуд с ходатайством о возбуждении исполнительного производства по этому делу.

Кстати, немаловажная деталь. Третейские суды осуществляют свою деятельность при областных управлениях Торгово-промышлен­ной палаты (ТПП). Если истец является членом ТПП, то заявление с просьбой инициировать процедуры исполнительного производства от его имени в общегражданский или хозяйственный суд подает областное управление Палаты. На основании статей 329 и 330 Налогового кодекса оно освобождено от уплаты государственной пошлины. А значит, и истец не несет эти расходы по искам в интересах членов Палаты.

Безусловно, льготы – один из ключевых элементов, привлекающих и побуждающих хозсубъекты вступать в ряды членов ТПП, обращаться в третейский суд за разрешением споров. Так, если при обращении в хозсуд самостоятельно истец обязан уплатить на его развитие 2% от суммы искового требования, то мы берем только 1%. Соответственно, если на расчетный счет общегражданского суда необходимо внести 1% от суммы иска, то у нас «тариф» ограничен 0,5%. Мы подсчитали, что территориальные подразделения столичных банков, являющиеся членами Палаты, обратившись в прошлом году за разрешением споров в третейский суд, сэкономили на судебных издержках как минимум 200–300 млн сумов.

Другая немаловажная деталь. У нас нет ни кассационной, ни апелляционной инстанции. Поэтому стороны, прибегающие к услугам медиации, выигрывают во времени и избавляются от ожидания и неопределенности при возникновении необходимости обжаловать решения, вынесенные первичными инстанциями хозяйственного и общегражданского судов.

– Тут невольно напрашивается вопрос, где гарантия, что третейские арбитры не утратят объективности при рассмотрении спора между членом Палаты и ответчиком, не вступившим в «клуб» предпринимателей и товаропроизводителей?

– Думаю, предприниматели – народ смышленый, смогут быстро разобраться и почувствовать, что третейский суд стал «карманным». А молва о его ангажированности распространится довольно оперативно, что, несомненно, приведет к утрате доверия и девальвации института медиации. Полагаю, что нам удается сохранять непредвзятый подход при рассмотрении споров, невзирая на статус истца и ответчика. Кстати, у нас в прошлом году было дело, когда рассматривался иск члена Палаты – банка, требовавшего погашения кредита с семьи умершего фермера, который в свое время взял у него кредит на приобретение нового дома. В удовлетворении требования мы отказали, и банк согласился с вынесенным вердиктом.

На мой взгляд, чтобы медиация стала полноценным институтом по разрешению коммерческих споров, необходимо продолжать работу по расширению ее прав и полномочий. Например, третейский суд, вынося решение, должен обращаться в хозяйственный или общегражданский суд за выдачей исполнительного листа. Нам ни разу не отказывали. Но раз вердикт третейского суда имеет законную силу и обжалованию не подлежит, почему ему не разрешить самостоятельно выходить на Департамент по исполнению судебных решений и добиваться выполнения принятого соглашения? Та же история с замораживанием денежных средств на банковских счетах ответчика и запретом на операции с его имуществом на период рассмотрения искового заявления. Подобные предписания по нашим заявлениям могут выдавать те же хозяйственный и общегражданский суды, но никак не третейский суд, принявший иск к рассмотрению. По-моему, это какой-то нонсенс. Эти искусственные барьеры нужно устранить.

– Спасибо за интервью.

 

Записал Амир МАХМУДОВ,

наш соб. корр.

г.Навои. 

 

*Закон «О третейских судах» (от 16.10.2006 г. N ЗРУ-64). Вступил в силу с 1.01.2007 г.

Прочитано: 1483 раз(а)

Комментарии к статье (2)

2014-04-08 08:26:54, Гость_Т.М.Турсунов, депутат парламента:
Действительно в третейском судопроизводстве не все однозначно. Тем не менее, мы ищем новые механизмы его эффективного функционирования. Хорошо, что "Norma" подходит к освещению проблем и достижений в этой сфере взвешенно (эта и публикация А.Мухамедбаева).
Со своей стороны мы будем дополнять новыми правовыми гарантиями и инструментами содержание этой формы судебного разрешения споров и как законотворцы, и как представители УзЛиДеп - движения предпринимателей и производителей.
2014-04-08 15:58:58, Гость_А.А.Мухамедбаев:
Согласитесь, хотя третейское судопроизводство и медиации близкие по целям и задачам способы разрешения споров, неверным будет иметь о них представление как о «синонимах». У них различные механизмы и результаты. Если решение третейского суда имеет обязательный и окончательный характер для сторон спора, то результатом медиации может явиться соглашение сторон по урегулированию конфликта. Если в первом случае, определены механизмы принудительного исполнения такого решения, то во втором случае, при уклонении одной из сторон соглашения его исполнить, другая сторона имеет права обратиться в суд (в том числе и в третейский) за разрешением этого спора по существу.
Вызывает упрек и то, что при чтении материала создается впечатление о третейском суде при областном управлении ТПП как о единственном в регионе третейском суде и  областного значения.
Действительно, одним из обстоятельств обуславливающих причину выбора не в пользу третейских судов является процедура обращения в компетентные суды с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Эта процедура подразумевает уплату государственной пошлины. В этом контексте плавный переход на разъяснения льгот предоставленных ТПП, может ввести в заблуждение читателей.
В частности, ст.ст 329 и 330 Налогового Кодекса Торгово-промышленная палата Республики Узбекистан и ее территориальные управления освобождены от уплаты государственной пошлины  по искам в интересах членов палаты, а также по жалобам в их интересах на решения органов государственного и хозяйственного управления, действия (бездействие) их должностных лиц.
Эта льгота не относиться к заявлениям о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, так как при данной процедуре, компетентными судами спор по существу не рассматривается.
«-Думаю, предприниматели – народ смышленый, смогут быстро разобраться и почувствовать…».
 
Абдугани МУХАМЕДБАЕВ,
эксперт по хозяйственному (предпринимательскому) праву,
руководитель Центра изучения проблем бизнеса и инвестиций ННО
«BIMO’M», общественный эксперт «Norma».

В этой теме действует премодерация комментариев.
Вы можете оставить свой комментарий.

info!Оставляя свой комментарий на сайте, Вы соглашаетесь с нашими Правилами их размещения.
Гость_
Антибот:

Если Вы заметили ошибку, выделите фрагмент текста, содержащий ошибку, и нажмите Ctrl+Enter.
Сайт разработан в ООО «NORMA ONLINE», зарегистрирован в Узбекском агентстве по печати и информации 26.02.2016г.
Регистрационное свидетельство № 0406.
Адрес: Узбекистан, 100105, г. Ташкент, Мирабадский р-н, ул. Таллимаржон, 1/1.
Тел. (998 71) 200-00-90. E-mail: admin@norma.uz
Копирование материалов сайта без согласования с администрацией ресурса запрещено.
Все товары, подлежащие обязательной сертификации, сертифицированы; лицензируемые услуги – лицензированы.
© ООО «NORMA ONLINE», 2007-2017 г. Все права защищены.
Яндекс.Метрика